Дано: пять человек в семье. На пятерых -- четыре телефона. Один объект, т.е. мама, в душе, простите за такую нескромность. И тут она вспоминает, что не достала из морозилки тесто, из которого планируется штрудель. Вытирает одну руку, берет телефон и начинает обзванивать всех членов семьи. Три человека находятся в квартире с телефонами, три! Ни один...сссу...пчик не взял трубку. Попробовала поорать голосом. Не слышат. В квартире площадью 70 кв. м. не слышат, как человек орет из-за внутрикомнатной двери! Наши двери самые лучшие в мире! И тогда, потеряв надежду, мама откладывает телефон, и, заметив, что по нему бежит капля воды, переворачивает его экраном вниз. Незаблокированным, ага...
Через минуту раздается звонок. Счастливая мама хватает телефон, не глядя, чей вызов. Суровый мужской голос с легким упреком в голосе сообщает: "Вы мне звонили! Что вы хотели?"
-- Яааа???-- с ужасом в голосе спрашивает мама, прикидывая, не сошла ли она с ума, и кому она могла звонить?
-- Да, вы! -- С нетерпением в голосе отвечает мужчина.
Мама отодвигает телефон, и смотрит, с кем идет этот душевный разговор. Подавляет желание тихонько завыть от ужаса и неудобности происходящего. Разговор идет с суровым ультрарелигиозным раввином, который приезжал преподавать в Минск в прошлой жизни. Добрый гугл сохранил его номер в памяти с тех самых пор и перекинул в новый телефон в Израиле.
-- Ладно, неважно, -- бросает суровый раввин, на глазах выполняя заповедь: Не умножай разговоров с женщинами и отключается.
Мама вытирает полотенцем руки, потом телефон, потом раковину, и тут приходит в себя. в журнале звонков обозначено, что гнусная капля воды позвонила раввину три! три раза. Мама звонит в четвертый. Сейчас он пришлет мне психбригаду или решит, что я точно сошла с ума или стала его тайной поклонницей, несмотря на то, что лет пять его не видела. Еще он может просто не снять трубку.
Но раввин снимает трубку. Он уже готов ко всему.
-- Я, действительно, вам звонила, но это оттого, что эээ (сказать, что я была в душе? Перед глазами появляется суровое лицо сурового раввина, заросшее по глаза черной бородой. Над лицом не менее сурово возвышается шляпа. Нет, лучше смерть, чем такой позор) Понимаете, я была в резиновых перчатках, и они были влажные, и, видимо, капля из всего списка выбрала вас...
-- Неважно, -- продолжая на ходу выполнять заповедь не умножать разговоров с женщинами, бросает раввин и отключается.
Выхожу из ванной, на ходу соображая, кому еще мог позвонить мой телефон и начиная покрываться мурашками...Надо, надо почистить список, там у меня слишком много людей.
P.S. -- Муж, ты почему не снял трубку?!
-- У меня стоит программа, чтобы до воскресенья мне не звонили. Ибо нефиг, хочу побыть с семьей.
-- Сын, ты почему не снял трубку?
-- Ну, папа же отсыпался после ночной смены, вот ты и сказала убрать звук, я и убрал.
-- И забыл включить!!!
-- ну, да...
-- Дочь, а ты почему не сняла трубку?
-- Ну, нам в школе не разрешают...
-- Школа закончилась три часа назад!
-- Ну, я забыла...
Теперь скажите, зачем нам телефоны? Когда не позвонить, и на звонок не ответить? Вгонять в краску бедных женщин в душе? Ударение в слове Душе поставьте сами...